Scientific journal
Modern high technologies
ISSN 1812-7320
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 0,899

1 1
1 Kemerovo State University

Процесс глобализации мировой экономики интересует ученых не только как практический феномен, но и как объект научного исследования.

Цель статьи выявить качественные характеристики глобального экономического пространства. При этом, надо различать качественные характеристики глобального пространства на этапе его формирования и в фазе реального функционирования.

Логика решения поставленной задачи основана на принципе дедукции. Это означает, что поиск ответа на поставленный вопрос идет от понятия экономического пространства к понятию глобального пространства, а затем к характеристикам глобального экономического пространства.

К настоящему времени нет устоявшегося общепринятого определении экономического пространства и тем более глобального экономического пространства. При определении экономического пространства можно опираться на выводы представителей Новой Экономической Географии (НЭГ). Так, по мнению Дж. Оттавиано и Ж. Тиссе пространство - результат взаимодействий возрастающей отдачи и различных типов издержек мобильности. [3] Соглашаясь с этим достаточно упрощенным определением, можно сделать вывод, что пространство всегда субъектно, т.к. есть результат взаимодействия субъектов рынка. Далее Дж. Оттавиано и Ж. Тиссе уточнили определение экономического пространства, которое должна быть понято как результат взаимодействия между силами агломерации и силами дисперсии.

При этом необходимо определить причины появления сил агломерации и дисперсии, влияющих на величину пространства. Ранее авторами было выявлено, что оба эти определения в неявной форме подчеркивают принципиальное положение - экономическое пространство возникает в определенный момент как результат внешних воздействий. [1]

В моделях НЭГ подчеркивается, что для экономического пространства характерны: круговая (закольцованная) причинная связь (circular causality), эндогенная асимметрия (endogenous asymmetry), катастрофическая агломерация (catastrophic agglomeration),пространственный гистерезис (locational hysteresis), самовыполнение ожидания (self-fulfilling expectations), усиление национального рынка (home-market magnification).

Глобальное экономическое пространство можно определить как экономическую среду, в которой происходят процессы глобализации мирового хозяйства (взаимодействия и взаимовлияния экономических процессов). Иначе говоря, глобальное экономическое пространство – это этап в развитии мирового экономического пространства. [2]

К особенностям, глобального экономического пространства, можно отнести следующие моменты: происходит «свертывание» пространства, пространство становится «плоским»; появляется новая структура пространства: периферия-полупериферия-центр; в глобальном экономическом пространстве формируется несколько центров; в Европе формируется внешняя и внутренняя пространственная периферия, так называемая «новая периферия»; углубляется неравномерность развития между странами центра и странами периферии; сглаживание существующих неравномерностей функционирования глобального экономического пространства возможно при помощи интеграционных процессов; сложившиеся неравномерное распределение отраслей в глобальном пространстве - отрасли с возрастающей отдачей от масштаба в основном размещаются в центральноевропейских странах и регионах, в то время как производства малого и среднего размеров распределены относительно равномерно.

Кроме того, формирование глобального экономического пространства происходит сознательно и целью этого процесса является экономия времени.

В результате исследования было выяснено, что глобальное экономическое пространство находится в стадии формирования и подчинено тем же закономерностям функционирования, что и мировое экономическое пространство. Объективные действия субъектов глобального пространства демонстрируют круговую причинность и эффект гистерезиса, а эндогенная асимметрия и эффект агломерации – объективный результат, влияющий на структуру пространства.

Понимание пространства как среды дает возможность выявить условия функционирования субъектов. Любое экономическое пространство, в том числе, глобальное, имеет количественные и качественные характеристики, это позволяет наглядно проанализировать изменения, происходящие в том или ином пространстве, поскольку качественные и количественные изменения происходят по-разному, с разной скоростью.

К качественным характеристикам пространства отнесем круговую причинность, эффект гистерезиса, а к условно количественным – эндогенную асимметрию и агломерацию.

Для функционирования глобального экономического пространства справедливы выводы НЭГ о свойствах пространства. Рассмотрим более подробно проявление качественных характеристик глобального экономического пространства:

1. Круговая причинность (каузальность) глобального пространства в современных условиях проявляется, например, в географии распространения знаний в странах Западной Европы. В последние несколько лет появилось значительное количество публикаций по данной проблеме. [5]

Знание и технологический прогресс являются основными двигателями динамики экономического развития в большинстве моделей эндогенного роста. С пространственной точки зрения это предполагает, что местный рост зависит от объема технологической деятельности, осуществляемой на местном уровне, а также от способности использовать преимущества внешних технологических достижений. Эти два явления – локализованное знание и «поглощающая» способность - переплетаются между собой и, по мнению Аудретша и Фельдман [4], должны анализироваться вместе, т.к. они являются ключевыми аспектами в объяснении определяющих факторов научно-технического прогресса и, косвенно, местного экономического роста. Традиционно анализ таких факторов осуществлялся посредством расчета функции производства знания (ФПЗ) по регионам, а не по компаниям. Авторы для анализа инновационной деятельности систематизировали патентные заявки Европейского патентного бюро за период с 1978 по 2001 гг., по регионам Европы. При такой методике предпочтение отдается применению данных о месте жительства изобретателя, а не рекомендателя, чтобы определить пространственную локализацию каждой инновации. Поскольку последняя обычно соответствует расположению головного офиса компании, это может привести к недооценке инновационной деятельности периферийных регионов всякий раз, когда изобретение делается в филиале компании, расположенном на другой территории. В результате исследования Европа была разделена (пятнадцать стран Европейского Союза до 2004 г., плюс Швейцария и Норвегия) на 175 субнациональных единиц.

Анализ показал, что в начале периода (1981-83) наиболее инновационной страной являлась Швейцария, показатель которой составлял 14,5 патентов на 100 000 жителей, за ней идет Германия (8,3) и Люксембург (7,2). Наибольшая активность в области патентования наблюдается в регионах Швейцарии, Западной Германии, севера и востока Франции, севера Италии, Великобритании, Дании, Нидерландов, и Швеции. О незначительной инновационной деятельности или ее отсутствии свидетельствуют данные по большинству регионов юга Европы: Испании, Греции, Португалии и юга Италии.

Важно, что инновации распространялись в большее число регионов на юге Европы (особенно в Испании и на юге Италии) и в Скандинавские страны. Соответственно наблюдается снижение уровня пространственной концентрации инновационной деятельности, коэффициент изменчивости по странам снижается с 1,05 в начале 1980-х гг. до 0,71 двадцать лет спустя. [4] Наиболее впечатляющие результаты наблюдаются в Скандинавских странах, особенно в Финляндии, которая в 1990-х гг. смогла выйти на четвертое место в рейтинге стран. В начале 1980-х гг. этот регион был 49-ым. [4]

В итоге сильная тенденция распределения инновационной деятельности по принципу центр – периферия, характеризовавшая 1980-е годы, значительно ослабла, число регионов на севере и юге Европы, участвующих в инновационной деятельности, выросло. Приведенные данные свидетельствуют о новой пространственной зависимости, то есть того, что в Европе формируется новая система центров притяжения экономической деятельности.