Перемены, происходящие на наших глазах и охватившие всю систему коммуникаций, торговли, медицины, бизнеса, образования и других сфер жизнедеятельности, наглядно иллюстрируют влияние стремительно развивающегося научно-технического прогресса на все компоненты нашей жизни – влияния, гораздо более мощного и стремительного, нежели политические и экономические катаклизмы последних десятилетий. По утверждению M. Mühleisen [1], за всю предшествующую цивилизационную историю человечество только трижды получало в свои руки столь мощные технологические рычаги – открытия прикладной науки, позволившие коренным образом реорганизовать весь производственный процесс, что привело, в свою очередь, к фундаментальным изменениям в транспортной и социальной сфере, а в конечном итоге и в повседневной жизни всего цивилизованного мира, что в полной мере позволило говорить о полномасштабных научно-технических революциях. Такими открытиями были изобретение книгопечатания, создание парового двигателя и электрогенератора. По словам Mühleisen, все преимущества и проблемы прогрессирующего социума проявляются в результате не адаптации новых технологий к запросам общества, а в адаптации этого общества к возникающим новым технологиям, причем происходящей в ускоренном темпе, поскольку отставание от main stream инновационного потока чревато не только утратой конкурентоспособности как в бизнесе, так и на рынке труда, но даже серьезными проблемами в повседневной жизни. В условиях современной цифровой экономики – совокупности общественных отношений, складывающихся при использовании электронных технологий, электронной инфраструктуры и услуг» [2], неизбежным становится переход к новой системе организации труда, образования, коммуникаций, торговли и пр. Цифровизация экономики может рассматриваться как перманентно ускоряющийся процесс, обеспечивающий социуму уже в настоящем, а также в ближайшей и отдаленной перспективе целый ряд экономических и социальных выгод. К экономическим выгодам, безусловно, следует отнести существенный вклад цифровых технологий в экономический рост, увеличение производительности труда, ускорение темпов прироста малого и среднего бизнеса [3]. К социальным преимуществам цифровизации можно отнести возрастание инклюзивности, снижение уровня бедности, повышение доступности финансовых сервисов, снижение негативного воздействия на окружающую среду и пр. В то же время всемерное приобщение граждан к информационно-коммуникационным технологиям приводит к таким негативным эффектам, как ухудшение общего состояния здоровья в условиях повсеместного малоподвижного образа жизни, облегчение обмена информацией между представителями всевозможных террористических организаций, развитие киберпреступности в условиях облегчения доступа к информации о денежных счетах граждан и пр.
Подобно тому, как пароходы вытеснили парусные суда, а сеть железных дорог сделала ненужной достаточно успешно функционировавшую в странах Европы систему дилижансного сообщения, сеть Internet и технологии Big Data пришли на смену традиционной почте, постепенно вытесняют из жизни печатные книги, журналы и газеты, а также привычные учебники, поскольку ускоряющийся темп современной жизни уже не позволяет тратить длительное время на поиск необходимой информации, а академические знания стремительно устаревают, да и объем всех имеющихся в распоряжении человечества знаний постоянно нарастает «подобно снежному кому», удваиваясь каждые десять-пятнадцать лет [4, 5]. Образование, особенно профессиональное, являясь одной из наиболее чувствительных к социально-экономическим изменениям сфер жизни, не может не реагировать на разворачивающиеся процессы, что, в свою очередь, сказывается на всех компонентах процесса – от формирования учебных программ до изменения подходов к оценке качества [6, с. 39].
Цель исследования: анализ изменений, происходящих в среде обучающихся в высших и средних учебных заведениях на примере Уральского государственного экономического университета и его колледжа под влиянием цифровизации современной жизни.
Материалы и методы исследования
Исследование проводилось на базе Уральского государственного экономического университета в сентябре – октябре 2019 г. В процессе исследования анализировалась степень вовлеченности студенческой молодежи в процесс цифровизации. Как известно, современных студентов средних и высших профессиональных учебных заведений относят к так называемому поколению Z [7–9], в качестве особенностей которого вычленяют так называемое «клиповое мышление», неумение сосредоточиться в течении длительного времени на конкретной теме, а также постоянное времяпрепровождение в социальных сетях – «человек информационного общества находится на связи постоянно» [5, с. 12]. Однако следует признать, что именно представители подрастающего поколения в наилучшей степени адаптированы к реалиям цифрового общества – быстрее осваивают все современные портативные электронные устройства, активно используют систему электронных платежей, совершают больше покупок в интернет-магазинах, прекрасно ориентируются в огромном объеме информации, представленной в социальных сетях, умея извлечь из нее все необходимое. С.А. Зверькова выделяет несколько типов молодежи в цифровом обществе в зависимости от времени, затрачиваемого на общение и поиск информации в социальных сетях: 1) молодежь несетевая (длительность использования информационно-коммуникационных средств с целью проведения досуга – менее трех часов в сутки); 2) молодежь полусетевая (длительность – от трех до восьми часов в сутки); 3) молодежь сетевая (длительность – свыше восьми часов в сутки) [8]. Согласно утверждениям Зверьковой, молодежь, предпочитающая социальным сетям живое общение, составляет только 1/20 от общего количества представителей нового поколения.
В процессе настоящего исследования проводился опрос студентов первого курса вуза (средний возраст – 18,4 лет) и колледжа (средний возраст – 16,3 лет) о степени их вовлеченности в информационный процесс, о которой судили по общему количеству времени, которое каждый из участников опроса в среднем тратил на поиск, общение и обмен информацией в социальных сетях, а также различных интернет-сайтах. Всего в опросе приняли участие 215 студентов университета (126 девушек и 89 юношей) и 218 студентов колледжа (132 девушки и 86 юношей). Участников обследования опрашивали не только о длительности «пребывания в информационных сетях», но также об основных способах осуществления коммуникации и основном контенте потребляемой информации. Затем в соответствии с методикой Зверьковой, в обеих выборках были вычленены группы, относящиеся к различным типам молодежи в цифровом обществе. Кроме того, анонимно оценивались мнения обучающихся об образовательном процессе, а именно: предлагалось указать, какие основные недостатки отмечают последние в качестве преподавания и организации занятий. Поскольку опрос проводился среди лиц, недавно закончивших обучение в средней школе, то, естественно, им еще трудно было судить обо всех сложностях образовательного процесса в вузе, но нас интересовало именно сравнение общего и профессионального образования с точки зрения студенческой молодежи.
Результаты исследования и их обсуждение
Как следует из представленных ниже в табл. 1 данных, результаты проведенного обследования для обучающихся колледжа в целом совпадают с гипотезой Зверьковой. В то же время у студентов университета средний процент лиц, которых можно было бы отнести к «сетевой молодежи», был существенно ниже и достоверно отличался от аналогичного показателя для обучающихся колледжа, что может быть связано не только с разницей в возрасте в два года и более серьезным отношением к жизни, но и с меньшим количеством свободного времени у совершеннолетних обучающихся, а также с тем, что многие из них вынуждены работать в свободные от занятий часы. При этом достоверных различий между «цифровизацией» юношей и девушек одного возраста выявлено не было.
Таблица 1
Основные характеристики молодежи информационного общества (на примере УрГЭУ)
Тип молодежи |
Основной контент потребляемой информации |
Основные способы осуществления коммуникации |
% от общего количества |
|||
студенты колледжа |
студенты вуза |
|||||
юноши |
девушки |
юноши |
девушки |
|||
Молодежь несетевая |
Учебная, познавательная |
Живое общение в реальном мире |
5,7 |
5,2 |
8,6 |
9,1 |
Молодежь полусетевая |
Учебная, деловая |
Живое общение в реальном мире + инструменты цифровых технологий |
25,9 |
25,3 |
35,2 |
33,8 |
Молодежь сетевая |
Развлекательная, деловая |
Почти исключительно через инструменты цифровых технологий |
68,4 |
69,5 |
56,2 |
57,1 |
Данные, представленные в табл. 2, представляют собой обобщенный срез мнений обучающихся по программе СПО и ВО по поводу основных недостатков учебного процесса. Как уже отмечалось ранее, следует учитывать относительно короткий срок пребывания студентов в учебном заведении, однако нас интересовало само отношение молодежи цифрового общества к современной образовательной программе. Как мы видим, основные претензии обучающихся заключаются в использовании преподавателями устаревших технологий обучения, которые до сих пор преобладают в высших учебных заведениях и слабо отвечают запросам современного информационного общества, а также в слабом владении педагогами современными информационно-коммуникационными технологиями, что существенно снижает авторитет первых в глазах студентов.
Таблица 2
Мнения студентов первого курса высшего учебного заведения и колледжа об учебном процессе
Выборка обучающихся |
Мнения о качестве преподавания |
Мнения об организации учебного процесса |
Мнения о технологиях обучения |
|||
недостатки |
пожелания |
недостатки |
пожелания |
недостатки |
пожелания |
|
Студенты колледжа |
Неинтересные темы, отсутствие связи предметов с практической деятельностью, неиспользование преподавателями современных информационных технологий |
Активно использовать информационно-коммуникационные технологии, преподавтелям вести активные диалоги с аудиторией, используя современные источники данных |
Слишком длительные занятия без перерыва, короткие перемены, занятия во второй половине дня |
Пятиминутные перерывы во время лекционных и лабораторных занятий, занятия в утренние часы |
Устаревшие формы обучения, монологичные лекции, скучные семинары |
Активнее использовать интерактивные формы – диалоговые лекции, дискуссии, деловые игры |
Студенты университета |
Слабая связь теории с практикой, плохое владение преподавателями современными информационными технологиями |
Больше уделять внимание темам, имеющим непосредственное отношение к практической деятельности |
Короткие перерывы на обед, занятия по субботам |
пятидневная учебная неделя, увеличение времени обеденного перерыва |
Малоэффективные монологичные лекции, слабое использование интерактивных форм обучения |
Внедрять в процесс деловые игры, мозговые штурмы и другие современные формы обучения |
Цифровая экономика немыслима без широкого использования интернета, информационно-коммуникационных средств, киберфизических систем и иных цифровых технологий [7]. По утверждению ряда авторов, четвертая технологическая революция в большей мере, нежели все предыдущие, способствует стиранию культурных, социальных и даже экономических различий между государствами, делая потенциально возможной реализацию прежде утопической мечты о подлинном равенстве народов [10, 11]. Население финансово благополучных и менее развитых стран получило возможность включиться во всеобщую сиcтему онлайн-образования, предоставляющую возможность переобучения, повышения квалификации, получения дополнительных знаний и новых профессиональных знаний дистанционно, независимо от конкретного места проживания, что позволяет реализовать востребованную во всем мире программу long-life learning (обучения в течение всей жизни). В исследованиях И.О. Тюриной показано, что использование интернета для учебных целей (речь идет именно об образовательном процессе, а не о получении информации) в той или иной мере отмечается у 26 % молодых российских граждан, что в целом соотносится с аналогичными показателями для других государств [11].
В ближайшей перспективе (через 10–15 лет), по мнению специалистов российского Агентства стратегических инициатив, наиболее востребованными на рынке труда будут специальности по информатике и вычислительной технике, информационной безопасности, инфокоммуникационным технологиям, наноэлектронике, робототехнике, искусственному интеллекту, нейронным сетям, облачным и квантовым технологиям, материаловедению, биотехническим системам и пр. [8, 9], что подразумевает активное развитие STEM-образования в современной средней и высшей школе. Следует признать, что традиционная консервативная система преподавания естественнонаучных и сопряженных с ними предметов, подразумевающая дифференцирование естественнонаучного блока на отдельные дисциплины в создавшейся ситуации является препятствием для получения обучающимися полноценных знаний, востребованных профессиональных умений и необходимых компетенций, так как большинство из вышеперечисленных специальностей возникли «на стыке» нескольких естественнонаучных и математических дисциплин, охватывающих целый блок смежных концепций и нацеленных на решение задач, требующих комплексных навыков сразу в нескольких направлениях теоретической и практической деятельности, поскольку четвертая промышленная революция представляет собой сочетание технологий цифрового, биологического и физического мира, которое создает новые возможности [12]. По словам В.А. Дуболазова и Е.С.А. Нунес «образование должно быть направлено на глобализацию знаний, его целью является подготовка людей к заполнению новых рабочих мест с высоким спросом в нынешних и будущих сферах труда» [6] в условиях, когда некоторая часть традиционных профессий постепенно уходит в небытие или коренным образом реорганизуется, так как внедрение инновационных технологий приводит к автоматизации многих процессов, что неизбежно чревато потерей рабочих мест [8]. Как утверждают А. Аптекман с соавторами, в условиях автоматизации все большего количества операций, что неизбежно приводит к полному исчезновению ряда специальностей и одновременному острому дефициту кадров, владеющих современными цифровыми навыками, возникает острая необходимость адаптации образовательной инфраструктуры к новым техно-экономическим реалиям [3]. По мнению Т.В. Кондратюк, навыки потенциального перспективного сотрудника в ближайшие 10–15 лет можно классифицировать следующим образом: 1) когнитивные (способность к обучению, анализу и проявлению инициативы), 2) некогнитивные (пунктуальность, ответственность, умение работать в команде); 3) цифровые навыки (цифровая грамотность) [13]. В подобных условиях подготовка потенциальных работников, соответствующих запросам общества цифровой экономики, должна осуществляться не только в соответствии с современными стандартами высшего и среднего профессионального образования, но и с учетом требований и пожеланий потенциальных работодателей [14, 15].
Заключение
Поскольку производство современных знаний правомочно рассматривать в качестве бизнес-процесса, а образование – в качестве «экономической услуги», то следует учесть, что потребителями образовательных услуг являются не только государство и бизнес-партнеры (работодатели), но и сами обучающиеся (особенно в случае обучения на коммерческой основе), нередко смутно представляющие свое дальнейшее трудоустройство и имеющие очень слабое представление о требованиях, предъявляемых работодателями к потенциальным сотрудникам. Все это, в свою очередь, порождает целый ряд проблем в самом образовательном процессе: с одной стороны, обучающиеся предъявляют небезосновательные претензии к качеству преподавания, отмечая слабое владение педагогами современными информационно-коммуникационными технологиями, избыточный «академизм» знаний, устаревшие сведения и отсутствие связи между получаемыми знаниями и конкретными практическими навыками; с другой стороны – в силу слабой ориентации в своей будущей практической деятельности студенты не в состоянии в полной мере оценить, какие конкретно знания, умения и навыки будут востребованы работодателем и в дальнейшем высказывают сожаление, что не обучались тому, что в самом деле оказалось необходимым.
Тем не менее образование по-прежнему играет ключевую роль при формировании необходимого уровня профессиональных компетенций. Для создания успешной и конкурентоспособной рабочей силы любым компаниям необходимо действовать в двух направлениях: во-первых, формировать конкретные требования к программам обучения и мониторинга навыков и знаний в соответствии с потребностями рынка; во-вторых, способствовать повышению квалификации и переобучению сотрудников за счет продвижения идеи непрерывного самостоятельного образования.
Библиографическая ссылка
Гордеева И.В. ЦИФРОВАЯ ТРАНСФОРМАЦИЯ КАК НОВАЯ РЕАЛЬНОСТЬ: НОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ И НОВОЕ КАЧЕСТВО ЖИЗНИ // Современные наукоемкие технологии. – 2019. – № 12-2. – С. 329-334;URL: https://top-technologies.ru/ru/article/view?id=37880 (дата обращения: 17.08.2024).