Признавая в Священном писании наличие опыта людей, живших во Христе, и материализованного знания, передаваемого для запоминания следующими поколениями, мы должны вскрывать и подчеркивать гносеологическую и социальную роль всего православного вероучения. Ведь оно находится на прямом выходе в жизнь многих современных людей. В силу этого знание христианской религии позволяет нам соотносить теорию и практику организации общественного и конкретного труда, гуманитарные и технические условия использования живого труда, принципы справедливости и гуманизма производственных отношений.
В контексте последнего обратимся к святости верующего человека. Теологи утверждают, что христианство через Божественное откровение указывает людям цели истинной жизни и показывает пути, по которым достигаются эти цели. Они относят святость к одной из истинных целей жизни верующего человека.
Каковы предпосылки этой святости? Прежде всего, началом святости верующего человека является выбор дороги к духовному преуспеянию. Феофан Затворник считал, что такому преуспеянию противодействует держание человека в темноте и безграмотности. Темнота (неясность помыслов, незнание) не отодвигается, если человек забывает напоминание Премудрого, что «мух безсоветный - сам себе враг». Но святой Петр Дамаскин уточняет, что весьма хорошо о всем вопрошать, но опытных, ибо рассуждения неопытных опасны и вредны. Святости нет там, где имеет место неуважительное транжирование драгоценного дара Божия - времени. Спасительным употреблением времени на выполнение работы и добрых дел святость земного существования человека повышается. И наоборот, дурное товарищество и праздность объявляются могильщиками молодости. В череде других действий, подрывающих святость, церковь называет сотрудничество с неверующими людьми, живущими по духу развращенного века, а потому отвлекающих от Царства Божия.
В нашем исследовании святость буду олицетворять социальной нормой корпоративного ответственного менеджмента процессом жизнедеятельности людей, производящих материальные и духовные блага, признаком гармонии взаимоотношений работодателя и наемного персонала. Представлению о гармонии управления индивидом предшествует богословское определение двойственности человека по телу и душевному устройству. Христианская антропология с самого начала возглавила духовную борьбу за преодоление этой двойственности человека, поэтому, будучи материалистически мыслящим ученым, присоединюсь к обобщению Мишеля Монтень (1533-1592 гг.), что «религия есть нечто иное, как их (людей) собственное измышление» для того, чтобы налагать узду на народ и держать его в подчинении[2].
Такое функциональное назначение религии не расцениваю в качестве негативного момента исторического развития человечества. Из-за того, что поведение человека с двойственной природой усложняло производственные отношения, для нивелирования пороков двойственных ценностей индивидуального взаимодействия с социальной средой требовались институты культивирования светлых сил. Они, безусловно, поощрялись Богом как общественно нужные нормы.
Требование Бога к человеку, чтобы он не презирал других, есть духовная предпосылка обязанности субъекта предпринимательства гармонизировать систему управления персоналом. Некоторые из них переусердствуют в этом, публично демонстрируя успехи менеджмента в целях формирования благоприятной репутации среди участников рынка. Меньший интерес к уважению и развитию интересов персонала означает, что имеет место не богоугодное откровение об успехах менеджмента. Духовное прикрытие внутренней неупорядоченности равносильно, по мнению епископа Иакова Нижегородского, греховному сокрушению о своих грехах. Мой земляк, Иоанн Кронштадтский, о подобном вольномыслии, не отражающим реальную практику отношений с людьми, когда квалифицировал попранием совести, богохульством, страстью к светским зрелищам.
Святость бизнеса вижу в непременной мотивации его участников к предложению потребителю товаров (услуг), произведенных с заботой о его физическом и духовном здоровье. Признаки движения российского бизнеса по этому вектору надо замечать. Например, в чем секрет превращения абитуриентки-неудачницы Надежды Болотовой в руководителя крупной компании? Назовем один из них: она своевременно взвесила плюсы и минусы упаковки импортных креветок по сравнению с российскими. При этом увидела, что калиброванные по международным правилам креветки сохраняют белок, а российские, хотя гост и разрешает реализацию блочного продукта креветок, уже не очень годится в пищу, разрушают здоровье потенциального потребителя[3].
Нам нет нужды соизмерять достоинства или пороки библейской миссии управления социальным поведением людей. Важнее показать ее стратегические принципы, реально воздействующие на отношение людей к жизненному миру, в котором они ищут смысл своего бытия. Демаркационная линия этого поиска незаметна для индивида и общества, но это не означает ее отсутствия. Незримое тяготение индивида к социальному утешению и социальной справедливости объективно «схватываются» концептуальными идеологиями построения жизненного мира. Парадигмы, усвоенные стереотипы пронизывают субъектов социальной деятельности как шприц кожу человека, оздоровляя или деформируя его внутреннюю субстанцию. Максимумами индивида становится и вера, и или знание.
Надо отдать должное неизвестным авторам Библии, что посев иллюзорной картины мира, сотворенной по божескому замыслу, сочетается с контуром реалистичного, а самое главное, необходимого управления. Так, стратегический подход к христианской организации общества базируется на умении предвидеть события, способности принимать меры к сохранению заданных параметров функционирования какой-либо социально-экономической системы и полном использовании духовных дарований человека. Подтверждением прогнозной христианской стратегии является вменение надзирающим (управляющим) осуществлять целевой отбор мужчин, отправляемых на войну. Из числа призываемых людей выделялись те, а) кто построил новый дом и не успел его обновить; б) кто посадил виноградники и не воспользовался ими. Таких граждан надлежало возвращать обратно, исключить использование другими ими сделанного, ибо при их гибели на войне они не могли бы порадоваться делу рук своих (Второз., 20, 5-6).
В этом подходе выразилось не только почитание Богом затрат труда, овеществленных в каком-либо выполненном деле, но и прогнозирование будущего экономического состояния общества. Материализована эта функция управления и при интерпретации сна египетского фараона. Иосиф рекомендовал запастись хлебом на ожидаемые 7 лет голода. Он также мудро спроектировал процесс приобретения новых земель: рабочим были розданы семена для посева и установлено правило передачи пятой части урожая фараону (Быт., 47, 24).
В данных извлечениях из Библии представлена совокупность регулятивных норм социального поведения человека и работника. При всей их логичности и ясности реальные производственные отношения людей, участвовавших в решении этих задач, безусловно, были социальной средой непростой борьбы и конфронтации интересов людей. Люди далекого прошлого взаимодействовали, по необходимости придерживались доминирующих правил удовлетворения текущих потребностей.
Уважение этих правил сторонами - населением и предводителями предшествующих обществ - было предпосылкой минимального общественного равновесия, гармонии интересов социальных групп. Рассмотрим для примера теологическое представление о том, что трудовая и общественная деятельность по призванию наиболее приемлемый способ служения человека Господу (Мф. 25, 14-30 и Лк. 19, 12-27). Крест любого творческого призвания, привитый к Кресту Христову, умножает таланты человека, эффективно формирует его личность.
Гражданское содержание данной теологической нормы сводится к требованию, чтобы субъекты бизнес-менеджмента занимались теми видами хозяйственной деятельности, где они в состоянии принести максимальную пользу обществу. Понимание уже данного требования, по нашему убеждению, есть составная часть приверженности субъекта предпринимательства к высокой социальной эффективности. Социальная ответственность здесь сводится к минимизации ошибки в выборе ниши рынка, к оптимизации коммерческой выгоды бизнеса и личной моральной удовлетворенности предпринимателя осуществляемой хозяйственной деятельностью.
Важно и то, что мысли и положения о трудовой функции человека, рожденные на заре нашей эры, могут оказаться полезными трудящемуся гражданину XXI века. В.Т. Пуляев [4], к мнению которого я отсылаю любознательного читателя подчеркивает: «Ныне идет интенсивный процесс переосмысления основных положений развития общества. Постепенно разрушается набор постулатов, самоочевидных истин, догм... Новая парадигма, разумеется, использует не только новое, но и старое знание. Более того, последнее является непременной основой новых научных гипотез, из которых и может кристаллизоваться новая концепция развития общества. Создание новой концепции развития общества требует и в теории, и на практике радикальных действий. А быть радикальным - значит понять вещь в ее корне. Но корнем для человека является сам человек».
Позитивная и негативная оценка религиозных норм стимулирует атеистическую конвергенцию православной доктрины общества в идеологию социальной ответственности бизнеса. И это уже условие не приумножения греха личного стяжательства дальше. Современные обращения государства, общественных деятелей к христианскому учению подтверждает актуальность активизации интереса масс людей к Богу как фактору пробуждения в наемном персонале светлых сил. Для россиян это имеет большее значение, ибо «европейцы пали жертвой грубого и вводящего в заблуждение взгляда на их взаимоотношения со своим собственным христианским прошлым»[5].
Возрождающаяся православная религиозность как фактор роста духовности народа действительно способна интегрировать древнюю христианскую этику в арсенал инструментов современного механизма управления человеческими ресурсами. Вреда от этого точно не будет, хотя и признание этого не призыв к тому, что светский ученый должен забывать о вероятном характере развития социальных процессов в стране и мире.
Как известно, теория интегративного мира П. Сорокина еще в 1960 году предвосхищала исчерпаемость потенциала капитализма и коммунизма[6]. Их упадок выпал на нашу историческую фазу, поэтому конституирование признаков социальной ответственности бизнеса целесообразно осуществлять из теоретического предположения, что будущая цивилизация кристаллизуется на обезбоженной социально-философской основе. При этом право Церкви видеть совершенно другую перспективу человечества должно уважаться до тех пор, пока у нее есть своя паства.
Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках научно-исследовательского проекта «Оценка возможности использования христианской трудовой этики для формирования социально ответственного бизнеса на Европейском Севере РФ» №05-02-02306а
[1] Сукотин Л. Превратности научных идей. - Л., 1991. - С.94-95.
[2] см.: Настольная книга атеиста. - М.: Политиздат, 1975. - С.19.
[3] Ария президента //Эксперт. - 2004. - №44. - С.44.
[4] Пуляев В.Т. Истоки возрождения России: единство духовного и материального. К вопросу о новой парадигме. - СПб.,1993.- С.7-8.
[5] Ларри Зидентоп. Демократия в Европе. - М.: Логос, 2001.- С.XLI.
[6] Сорокин П.А. Обзор циклических концепций социально-исторического процесса //СОЦис. - 1998. - №12. - С.3-15.
Библиографическая ссылка
Залывский Н.П. РЕЛИГИОЗНАЯ СВЯТОСТЬ - СИНОНИМ ГРАЖДАНСКОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЯ // Современные наукоемкие технологии. – 2006. – № 2. – С. 65-67;URL: https://top-technologies.ru/ru/article/view?id=22469 (дата обращения: 17.08.2024).