Патогенез нарушений коагуляционного потенциала крови при неоплазиях различной локализации имеет многокомпонентный характер. С одной стороны, очевиден тот факт, что малигнизированные клетки экспрессируют на своей поверхности так называемый тканевой фактор (TF), цистеиновую протеазу, активирующую X-фактор свертывания крови, а также активаторы плазминогена урокиназного и тканевого типа и их ингибиторы [2, 5, 6].
Богатыми источниками тканевого фактора у онкологических больных являются сосудистая выстилка опухоли, а также антигенстимулированные моноциты. Следует отметить, что TF является не только прокоагулянтом, но и фактором ангиогенеза и метастазирования опухолевых клеток, подобно эффектам плазмина [6, 8, 9].
Важная роль в нарушениях коагуляционного потенциала крови у онкологических больных должна быть отведена активации процессов свободнорадикального окисления, дестабилизации биологических мембран клеток крови, сосудистой стенки. При этом возникают обнажение субэндотелия, экспрессия адгезивных молекул, активации внешнего и внутреннего механизмов формирования протромбиназы [3, 4].
Таким образом, в процессе развития неоплазии, метастазирования опухолевых клеток возникает определенная динамика соотношений прокоагулянтных, антикоагулянтных механизмов и системы фибринолиза, определяющая прогностически неблагоприятный фон для исхода заболевания.
До настоящего момента остаются в значительной мере не изученными состояние интегративных показателей коагуляционного гемостаза и фибринолиза при узловой форме рака молочной железы (РМЖ) в динамике заболевания, а также патогенетическая значимость сдвигов коагуляционного потенциала крови в процессах метастазирования малигнизированных клеток.
Целью исследования явилось изучение патогенетической взаимосвязи состояния коагуляционного потенциала крови со степенью распространения опухолевого процесса у больных с узловой формой РМЖ (I - IIА, IIВ стадиями, I и II группы наблюдения).
Материалы и методы
Оценка характера изменений параметров коагуляционного гемостаза и фибринолиза проведена по общепринятым показателям, таким как: протромбиновое время, протромбиновый индекс, протромбиновое отношение, а также тромбиновое время, активированное частичное тромбопластиновое время (АЧТВ-тест), уровень фибриногена и скорость фибринолиза. Клинико-лабораторные исследования проведены у 36 пациенток с узловой формой РМЖ (I-IIА стадия, I группа наблюдения) и у 36 пациенток с узловой формой РМЖ (IIВ стадия, II группа наблюдения), находившихся на лечении в отделении онкологии НУЗ ДКБ г.Саратова с 2004г. по 2006г. Контрольную группу составили 36 клинически здоровых женщин.
Результаты исследования
Как показали результаты собственных наблюдений и лабораторных исследований у больных в группе с I - IIА стадиями рака молочной железы отмечались уменьшения протромбинового времени, протромбинового отношения, возрастание протромбинового индекса, что свидетельствовало о гиперкоагуляционных сдвигах (табл. 1).
Таблица 1. Характер изменения показателей коагуляционного гемостаза и системы фибринолиза у больных с узловой формой РМЖ без регионарных метастазов (I группа, I-IIA стадии) и у больных с узловой формой РМЖ с наличием регионарных метастазов (II группа, IIB стадия)
|
Изучаемые показатели |
Контрольная группа |
Группы наблюдения больны |
||||||
|
I группа (I-IIA стадии) |
II группа (IIВ стадия) |
|||||||
|
n |
M+m |
n |
M+m |
P |
n |
M+m |
P |
|
|
Протромбиновое время (в сек.) |
36 |
16,5+0,15 |
36 |
11,3+0,11 |
Р<0,001
|
36 |
18,9+0,18 |
Р<0,001 Р1<0,001 |
|
Протромбиновый индекс (%) |
36 |
100,5+4,89 |
36 |
123,3+3,56 |
Р<0,001
|
36 |
87,6+1,97 |
Р<0,05 Р1<0,001 |
|
Протромбиновое отношение |
36 |
0,9+0,06 |
36 |
0,5+0,01 |
Р<0,001
|
36 |
1,1+0,04 |
Р<0,01 Р1<0,001 |
|
АЧТВ (в сек.) |
36 |
31,2+1,01 |
36 |
19,6+1,04 |
Р<0,001
|
36 |
38,3+1,09 |
Р<0,001 Р1<0,001 |
|
Тромбиновое время (в сек.) |
36 |
16,3+0,27 |
36 |
16,6+0,32 |
Р>0,1
|
36 |
19,7+0,34 |
Р<0,001 Р1<0,001 |
|
Фибриноген (г/л) |
36 |
3,1+0,15 |
36 |
5,1+0,37 |
Р<0,001
|
36 |
5,8+0,26 |
Р<0,001 Р1<0,001 |
|
Фибринолиз (мин.) |
36 |
9,1+0,28 |
36 |
7,2+0,48 |
Р<0,001
|
36 |
6,7+0,35 |
Р<0,001 Р1<0,001 |
Примечание: Р - рассчитано по отношению к соответствующим показателям группы контроля; Р1 - рассчитано по отношению к соответствующим показателям I группы больных до лечения (на момент поступления в стационар)
Как показали результаты последующих наблюдений, в группе больных со IIВ стадией патологии фиксировалось увеличение протромбинового времени, в отличие от больных с I-IIА стадиями рака молочной железы. Одновременно имело место снижение протромбинового индекса и возрастание показателя протромбинового отношения, что свидетельствовало о гипокоагуляционных сдвигах и было обусловлено недостаточностью факторов, обеспечивающих механизмы активации протромбиназы (табл. 1).
Известно, что протромбиновый тест отражает состояние активности витамин - К - зависимых факторов: фактора II (протромбина), фактора VII (проконвертина), фактора X (Стюарта), фактора V (проаксцелерина) [2, 5]. Таким образом, выявленные нами нарушения показателей протромбинового теста свидетельствуют о фазных изменениях внешнего механизма формирования протромбиназной активности в динамике опухолевой прогрессии у больных узловой формы РМЖ.
Резюмируя вышеизложенное, следует заключить, что показатели протромбинового теста тесно коррелируют со стадией патологии и являются чувствительными и объективными критериями оценки сдвигов коагуляционного гемостаза в динамике заболевания и могут быть использованы в комплексной диагностике характера паранеопластических сдвигов у больных с узловой формой РМЖ (I - IIА и IIВ стадии).
Следующим изучаемым показателем коагуляционного гемостаза и фибринолиза являлось активированное частичное тромбопластиновое время - АЧТВ, отражающее изменение активности факторов внутреннего механизма формирования протромбиназной активности: XII, VIII, IX, XI, прекалликреина (фактора Флетчера), и высокомолекулярного кининогена (фактора Фицджеральда).
Как оказалось, в исследуемой нами группе больных с I - IIА стадиями рака молочной железы было выявлено уменьшение времени АЧТВ, что указывало на развитие гиперкоагуляции (табл. 1).
В группе больных со IIВ стадией патологии напротив фиксировалось возрастание времени АЧТВ по сравнению с соответствующими показателями контрольной группы наблюдения и группы больных с I - IIА стадиями рака молочной железы, что характеризовало гипокоагуляционные сдвиги (табл. 1).
Таким образом, в процессе метастазирования опухолевых клеток при узловой форме РМЖ возникает последовательная смена активации фактров внутреннего механизма формирования протромбиназы и их истощения. Указанный факт может быть использован в качестве одного из диагностических и прогностических критериев опухолевой прогресии.
Как известно, важнейшим показателем оценки коагуляционного гемостаза является тромбиновое время, которое было изучено в комплексе с вышеописанными показателями в исследуемых нами группах больных с различными клиническими формами РМЖ.
Известно, что тромбиновое время - это время свертывания плазмы под влиянием тромбина, стандартизированного по активности на контрольной плазме и характеризует скорость превращения фибриногена в фибрин [5, 8].
Как оказалось, у больных с I - IIА стадиями заболевания тромбиновое время не изменялось, по сравнению с контролем, что свидетельствовало об отсутствии изменения времени трансформации фибриногена в фибрин, и соответственно о равновесии соотношения антикоагулянтов и прокоагулянтов, участвующих в формировании третьей фазы свертывания крови. В то же время имело место незначительное увеличение содержания фибриногена в крови на фоне активации фибринолиза (табл. 1).
Между тем в группе больных с IIВ стадией рака молочной железы было отмечено удлинение тромбинового времени по сравнению с контрольной группой и группой больных с I - IIА стадиями патологии, что указывало на преобладание антикоагулянтных факторов.
Выявленный нами факт увеличения тромбинового времени у больных с узловой формой РМЖ с наличием регионарных метастазов (IIВ стадия), может быть обусловлен и рядом других факторов, в частности снижением уровня фибриногена крови и/или активацией системы фибринолиза.
В связи с этим были изучены содержание фибриногена в крови изучаемой группе больных и соответственно фибринолитическая активность крови.
Так в группе больных со IIВ стадией заболевания также фиксировалась высокая концентрация фибриногена в крови по сравнению с контролем, как и у больных с I - IIА стадиями рака молочной железы (табл. 1)
Как известно, фибриноген является белком острой фазы, поэтому любой воспалительный процесс специфической и неспецифической природы, в частности, развивающийся перифокально вокруг очага опухолевого поражения молочной железы, когда имеет место диффузное расположение раковых клеток, сопровождается развитием синдрома системного воспалительного ответа и усилением синтеза острофазных белков [6, 9].
Поэтому, как показатель предтромботического состояния, фибриноген использовался нами только в комплексе с вышеописанными параметрами коагуляционного гемостаза, характеризующими активацию прокоагулянтов и угнетение антикоагулянтных и фибринолитических свойств крови.
Одновременно имели место выраженная активация фибринолиза, характеризующаяся прогрессирующим ускорением времени лизиса эуглобулинового сгустка, по сравнению с аналогичными показателями первой группы наблюдения (табл. 1).
Выводы:
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ: