Интенсификация процессов регионализации в XX–XXI вв. привела к появлению значительного числа публикаций, посвященных исследованию сущности понятия, механизмов и страновых социокультурных практик реализации «регионализма». Современные представления о функционировании регионов-систем в международных отношениях сводятся к проблеме становления «нового регионализма» (глобального регионализма, открытого регионализма, мягкого регионализма), отличающегося от так называемого «старого» по ряду характеристик: развитие в условиях многополярности; формирование «снизу»; открытость; многомерность; участие негосударственных и субнациональных акторов (Б. Хеттне).
«Новый регионализм» не является противодействующей глобализму тенденцией. Страны не замыкаются в национальном развитии, они используют преимущества регионального сотрудничества в конкурентной борьбе на мировой сцене для своего усиления [2].
Сущность нового открытого китайского регионализма в современном глобализирующемся мире заключается в обеспечении международного и регионального окружения, благоприятного для дальнейшего мирного гармоничного развития и устойчивого роста КНР. Парадигма нового китайского регионализма предполагает создание «китайского регионального порядка», так называемого регионального сообщества Pan-Sinica посредством таких мирных механизмов, как экономические, идеологические, политические и культурные стратегии развития [3].
Политика «нового регионализма» определяет незримые границы расширяющегося социокультурного пространства глобализирующегося Китая («китайского региона») (В.А. Абрамов). Под влиянием «нового регионализма» резко возрастает социокультурная интеграция стран в регионе. Взаимодействие саморазвивающихся обществ и экономик в нем протекает очень активно. Это неофициальная интеграция, или мягкий регионализм. Развитие «нового регионализма» способствует формированию и становлению регионального самосознания и региональной идентичности, особенно в Восточной Азии, где пробуждается осознание принадлежности к китайскому региону. Региональное сотрудничество, определяемое межправительственными документами, расширяет содержание «нового регионализма» и определяет его особенности. Новый регионализм способствует интеграции стран АТР [1].
На сегодняшний день цели и инструменты политики «нового регионализма» КНР значительно расширились, включив набор не только экономических, но и политических, дипломатических, идеологических и социокультурных механизмов китайской региональной политики. Одним из инструментов глобальной стратегии КНР, реализующейся посредством расширения и усовершенствования международных и межрегиональных связей в рамках политики реформ и открытости является открытый приграничный регионализм.
Китайский приграничный регионализм реализуется через механизм расширения и диверсификации форм приграничного сотрудничества. Развитие приграничных территорий является необходимым условием реализации политики «нового регионализма» и эффективным механизмом развития «внутренних регионов» КНР [4].
Для России для реализации эффективного развития своих приграничных регионов в пространстве российско-китайского трасграничья необходим учет «китайского фактора», проявляющегося в специфических социокультурных практиках политики «нового регионализма».
Исследование выполнено при поддержке Министерства образования и науки Российской Федерации, соглашение 14.B37.21.0977.
Библиографическая ссылка
Ярыгина О.А,, Кучинская Т.Н. «НОВЫЙ РЕГИОНАЛИЗМ»: СОЦИОКУЛЬТУРНЫЕ ПРАКТИКИ КИТАЯ // Современные наукоемкие технологии. – 2013. – № 7-1. – С. 19-20;URL: https://top-technologies.ru/ru/article/view?id=31834 (дата обращения: 17.08.2024).